5 декабря 2017 г.

That feeling

Я тут подумала, почему я пишу свои «романтические» посты по факту расставания. Так уж необходимо, чтобы история закончилась, чтобы о ней написать? Пост выходит с грустным послевкусием, вот же оно, могло бы быть, да не сложилось.


Я тут подумала, пусть этот пост о человеке, кого едва знаю, будет с открытым концом. Начало хорошее, да вообще отличное, не всё ли равно каким будет финал. 

Два месяца назад после своего очередного расставания я удалила к чёрту свой профиль в тиндере и пообещала себе (друзьям и соседям) не ходить ни на какие свидания … до первого декабря. Я съездила на випассану, занялась медитацией, купила билет в Россию, отрастила себе длинные ногти, каких не было с самой свадьбы. 

Первое дакабря – первый день лета, а лето это маленькая жизнь. Всю неделю погода отличная, шёлковые платья и поцелуи на лавочках, а я ни разу не была на пляже. Нет, можно конечно дойти одной, можно с Махбубе (и её бойфрендом) или с Карелом (и его гёрлфренд), да вообще не проблема!

Так я снова оказалась в тиндере, провела там ровно один вечер и ответила ровно одному человеку, после чего снова заблокировала свой профиль. Я решила, пусть маленькими порциями, а там посмотрим.

Том, 31 год, написал самый первый, спросил, что читаю. Это хороший, «правильный» вопрос. На мой встречный вопрос, что читает сам, тоже ответил хорошо и «правильно», а через пару реплик предложил встретиться. 

В кафе официант спросил, как учёба, сказал, видел меня на днях в библиотеке. Может я безумная, но на все свои свидания я хожу в одно и то же кафе. Вокруг миллион кафе, но мне нравится именно это. Естественно, все там меня уже знают, ещё немного и начну спрашивать «ну как тебе этот, ничё вроде?» Махбубе говорит, по закону жанра я должна остаться с официантом. Он кстати приятный, высокий румын, лет сорока. 

Встречаться с археологом это когда на первом свидании тебя спрашивают, где бы ты хотела, чтобы тебя похоронили. Смешно, но в контексте нормально звучало, это он объяснял, что хочет быть похороненным в городе, откуда родом.

Высокий, симпатичный, борода и очки. Новозеландец в пятом поколении с новозеландским акцентом и гуманитарным образованием, всё как я люблю. Полгода назад вернулся из Австралии, где работал на раскопках, сейчас работает в музее, том самом где лет пять назад я работала волонтёром.  

Было очень интересно и легко болтать, так не часто бывает, может быть даже в первый раз. Я удивилась, насколько он умный, как спокойно говорит на разные темы не по своему профилю. Мы особенно много говорили про Новую Зеландию, о каждом из моих авторов он если не читал, то что-то слышал и знает, это редкость среди новозеландцев, уж вы мне поверьте.

И это я молчу про его профиль. Археолог! Значит куча историй. Мне понравилось, что он жестикулирует, загорается во время разговора. Мы оба говорили наперебой и махали руками все два часа, как я люблю. 

Ну и пожалуй последнее, что бросилось в глаза сразу, это его так сказать маскулинность. Борода, походка, пиво вместо вина. Я люблю мужчин гуманитариев, тех кто бла бла бла, а они как правило женственнее, начиная с внешности заканчивая прибить гвоздь в стену. Археолог – гуманитарий наполовину. Когда сказал, было дело работал в шахте … в шахте!! «Ну что я копать не умею?» 

Заплатил за напитки, проводил до дома и спросил номер телефона, что из моего опыта редкость в принципе. И что совсем уж никогда не бывает, на прощание поцеловал в губы! Коротко, ясное дело, и ни то чтобы мне не понравилось, но блин ни разу никто так не делал, ты что не из Новой Зеландии, чувак? Когда я оглянулась, то увидела, что он бежит. И я знаю прекрасно, никуда он не опаздывал, я тоже иногда вот так бегу, когда не опаздываю.

25 ноября 2017 г.

Good November

Действительно хороший, активный, позитивный, с событиями и фотографиями, так что оставлю его здесь на память.

В начале месяца ежегодная конференция на кафедре, моя третья по счёту, два года назад смотрела и завидовала, год назад выступала и очень собой гордилась, в этом году тоже смотрела, завидовала, выступала, гордилась.




Объясню, чем гордилась. Из двадцати выступающих я была самой умной/красивой единственной кто все 20 минут говорил без записей, никуда не подглядывая. Такие чудеса. Коллеги, преподаватели подходили хвалили. После многих лет практики не каждый сможет! Мне прям смешно. Держу пари ни один из них не убил на подготовку два полных дня. А я убила. Ловкость рук и никакого мошенничества.



Следующие две недели я активно читала. Три тома автобиографии, один роман и критику. Сидя, лёжа, стоя, дома, в офисе и библиотеке. Медитировала в перерыве (кому интересно, я продолжаю медитировать!!) Когда информация перестала вмещаться, уехала на три дня и три ночи в дом у озера. Сказка, что тут добавишь. Про writing retreat я писала раньше, поэтому просто оставлю фотографии.





Кстати, подруга подсунула книжку по женской психологии, два дня ей болела. Много чего про себя передумала и узнала. Если кто слышал или читал, пишите в комментариях, поболтаем.

Я упоминала раньше про тренинг по работе с бездомными. Никто конечно так не говорит работа с бездомными упаси боже, но чтобы было понятно. Библиотека поддержала и оплатила, тренер прилетела из самой Англии. Было очень круто.



Три полных дня мы читали и обсуждали поэзию и прозу, каждый провёл своё собственное занятие, получил индивидуальный фидбек. Я была единственным неносителем языка. А ведь это важно, читаешь вслух, голос, дикция очень важны, работаешь с непростыми людьми: тюрьмы, дома престарелых, наркодиспансеры.   

Не подумайте, что я супер справляюсь. Куда их денешь, мой акцент и мои ошибки. Но ни разу, никто не сделал мне замечание. Просто потому, что не это главное. Во время индивидуальной сессии тренер сказала, что проблем с языком у меня нет, но можно поработать над тем, чтобы звучать менее категоричной во время дискуссий, намекать и спрашивать вместо утверждений и готовых ответов. 


К вопросу о том, зачем оно мне вообще надо работать с бездомными:

А ещё мне прислали паспорт, вот=)

10 ноября 2017 г.

No more tears

На третью ночь випассаны мне приснился сон. Незнакомые женщина и мужчина, женщина плачет навзрыд, просит мужчину не уходить, пожалуйста, она всё отдаст, всё что у неё есть, только не уходи. Мужчина уверенный и спокойный, он убирает руку из её рук и повторяет, я ухожу, мне ничего не нужно, я ухожу.

За окном ливень, два часа ночи, я проснулась вся в слезах. Эта женщина моя мама, эта женщина я сама, эта женщина любая оставленная женщина, и мой самый большой страх, глубоко внутри, страх быть оставленной.

В моей маленькой комнате ночью посредине леса нет воды. Нужно привести себя в порядок, голова раскалывается, выпить таблетку, нужно дойти до туалета. До туалета, посередине ночи, посередине леса, в дождь. Убейте меня сразу. Накрылась одеялом с головой, перетерплю до утра.

Маша, тебе сколько лет! Встала, включила свет, оделась. Ну ты же не маленькая. Вышла в дождевике. Три дня прекрасная погода, и надо же именно сегодня ночью! как нарочно, как специально. Зажмуриться и побежать. Свет в одном моем окне. Разбудить всех, позвать на помощь.

Маша, сколько тебе лет! Дошла до туалета. Только не оглядываться, не всматриваться в темноту, не выдумывать чего нет, не бежать. Ну ты же не маленькая. Умылась, привела себя в порядок, вернулась в комнату, уснула.

Утром два часа медитации в зале, все вместе. Потом завтрак. После завтрака я осталась на веранде, закуталась в одеяло, дождь и не думал прекращаться.

Я не думала о Диме, не думала о папе, не думала о себе. Все мои мысли до единой сфокусировались в одной точке. Как во время медитации фокусируешься на одном дыхании. Этой одной точкой, одним дыханием была моя мама.

Когда я была маленькой, мама работала в ночную смену, сутки через двое. То есть два дня подряд ты бежишь со школы домой, потому что мама дома. Потому что дома тепло и уютно. Дома встретят и накормят, и мама будет крутиться на кухне, готовить, убирать, спрашивать. И долго взахлёб можно рассказывать что и как в школе, и маме всегда интересно.

В день когда мама работала, я не хотела идти домой. Я еле-еле плелась со школы, долго сидела в прихожей, разглядывала свои ботинки, ботинки соседей. Дома тихо и пусто. Не хотелось разуваться, переодеваться, и аппетита не было. Да какой аппетит, когда нужно самой разогревать обед! Самой за собой убирать! И никто не спросит, как в школе, скорей бы уже вечер и все дома.  

Из роддома сестра написала мне, как устала, как хочет домой к маме, к мужу. К маме!! и только потом мужу. Так удивительно мне показалось. А ещё раньше я болтала с сестрой по скайпу, и она мне между делом говорит, как любит бывать дома, у мамы, ходить с мамой по магазинам, и что болтать с мамой ей нравится больше чем с подружками, и что с мамой даже молчать хорошо. Я слушала и ушам не верила. С моей мамой? Как будто не моя сестра, и не моя мама.   

В 17 лет я поступила в университет в другом городе и встретила Диму. С тех пор я приезжала домой раз в месяц, раз в два месяца, раз в шесть месяцев, раз в шесть лет. Каждый раз я приезжала домой с Димой, и каждый раз ненадолго.

Давно я так не ревела, как ревела на той веранде. Слёзы ручьём, откуда столько воды, не остановить. Кто-то положил мне на колени пачку салфеток, я не сразу даже заметила. Но закончился дождь и закончились мои слёзы. Свежо и легко и совершенно ясно, что делать. Нужно было уладить пару вопросов, договориться насчет отпуска, купить билеты и так по мелочи. 

25 октября 2017 г.

God Defend New Zeeealand

Ровно 7 лет назад мы прилетели в Новую Зеландию, 5 лет назад получили резидентство, и вот настал тот самый день и час, когда (стоя с поднятой правой рукой) я отдала присягу Её Величеству, Королеве Елизавете Второй, Королеве Новой Зеландии, её наследникам и преемникам.


В один день вместе со мной верноподданными королевы стали иммигранты из 50 разных стран. В общей сложности мы насчитали человек 7-8 из России и Украины, с половиной из которых лично знакомы.  




Несмотря на всю внешнюю торжественность, обстановка была полурасслабленной и речи полуофициальными. Выступающие шутили, в зале смеялись. Вот это очень по-новозеландски и очень нравится.


Без сентиментальностей не обошлось конечно тоже. Пожать руку и вручить сертификат столетней китайской бабушке в инвалидном кресле уполномоченные спустились прямо в зал. Камеры на бабушку. В зале аплодируют и рыдают.


В конце церемонии напитки и лёгкая закуска, и фотографии на память.



Между тем праздник продолжался, и дома меня ждала pavlova. Новозеландский торт-безе в честь русской балерины Анны Павловой. Джош постарался.